Перейти к содержанию

Комментарий к вопросу "православной инквизиции". (материал в разработке)


Morelindo

90 просмотров

В самых различных дискурсах периодически возникает тезис о том, что у нас де не было инквизиции, и преследований по религиозному принципу, как таковых, (имеется  виду исторический период средневековья, как правило - крещения Руси и т.п. околотематических вопросах) за исключением каких-то незначительных эксцессов на северных и восточных окраинах в различные исторические периоды, о которых и вспоминать-то не стоит. Считаю, что необходимо иметь под руками если не методичку, то по-крайней мере опорный конспект по данной теме, дабы иметь возможность отметать подобные апелляции и доводы на корню, с фактами и цифрами на руках. А для этого их надо собрать в одном месте и изложить языком, исключающим какое-либо толкование, помимо нужного нам. Чем, собственно, тут и займемся - в качестве рабочей модели, которую со временем можно будет привести в более упорядоченное состояние в виде какой-нибудь статьи. Прежде всего в такой полемике следует четко определить предмет обсуждения - поскольку инквизиции, как формальной организации, аналогичной той, что была у папского престола, на Руси действительно не было. Мы же, говоря о "православной инквизиции", говорим о фактах самосуда, реализуемых представителями Русской православной церкви в истории России в отношении лиц, не желающих принимать православную веру, оппозиционно к ней настроенных или ведущих образ жизни, не соответствующий православному религиозному учению. Служители православного культа, вопреки своей риторике, имеют богатый опыт «осаждения» и «очернения» действий граждан, занимающих активную жизненную позицию и способных так или иначе противостоять действиям власти, чьи интересы по объективным причинам, исторически совпадали с интересами апологетов данного культа (скорее в обратном порядке, но не суть). Особое внимание следует уделять практике самочинных расправ различного рода экстремистски настроенных реальных псевдорелигиозных фанатиков над гражданами, живущими, по их субъективному убеждению, не по-православному, с молчаливого согласия (одобрения) представителей Русской православной церкви, либо ими собственноручно. Благо, исторически задокументированных примеров множество. Выводы следует формулировать в зависимости от контекста каждого конкретного диспута, избегая формулировок, посягающих на религиозные чувства сегодняшних последователей культа, что само по себе вполне реализуемо, за счет выведения христианства как веры из сферы рассмотрения деятельности религиозной организации, (см. ниже) и периодических напоминаний о сформулированной выше тематике обсуждения. Как показывает практика, оппоненты, как правило, наоборот, стремятся вывести из ваших аргументов следствия, очерняющие христиан сегодняшних, как группу лиц по религиозному признаку. К этому следует быть готовыми изначально и отсекать подобные инсинуации на корню, не позволяя оппонентам навязывать подобный дискурс ни вам, ни аудитории (читателям, если дискуссия письменная).

ПРАВОВОЕ ОБОСНОВАНИЕ ВЫБОРА ТЕМАТИКИ: Благодаря утверждению Конституцией РФ свободы слова мы можем открыто дискутировать об инквизиции и самосуде РПЦ, но все же с определенной осторожностью, в силу практически полной клерикализации российских государственных структур, (не смотря на конституционно узаконенный светский характер государства) и статью 148 УК РФ, с историей и спецификой правоприменения которой на момент 2021го года можно ознакомиться по данной ссылке: https://callofdarkness.ru/blogs/entry/16-oskorblenie-chuvstv-st-148-uk-rf-hroniko-yuridicheskiy-anamnez-god-2021y/ Открыто затрагивать вопросы антигуманной деятельности РПЦ и желания доносить доказательства подобной деятельности до общества нам позволяет понимание разницы между такими понятиями, как «религиозная вера» и «религиозная организация». Под первым из них мы понимаем убежденность в существовании некой высшей нематериальной силы, духовно связанной с миром людей, (и ее мы никак не касаемся, ни под каким видом, как бы не старались нас затащить на зыбкую почву вероучительных споров - а пытаться будут постоянно) под вторым, — социальное негосударственное образование, совокупность людей, сплотившихся для достижения определенной цели и выполнения поставленных задач, обусловленных созданным ими самими религиозного учения. При этом данные цели и задачи могут иметь как гуманный, так и антигуманный характер. Поэтому, с религиозной точки зрения, можно быть глубоко верующим человеком, но не относить себя к конкретному религиозному учению и, тем более, служить правилам, установленным той или иной религиозной организацией. Такова позиция самой РПЦ, и христианской теологии в целом, что исключает возможность отрицать ее нашим оппонентам, что они, однако, периодически делают, демонстрируя собственную необразованность и отсутствие базовых познаний в предмете рассмотрения.

Начать следует с самого важного - с источников, на которые стоит опираться и к которым стоит апеллировать в дискуссиях подобного рода. Следует понимать, что среди них не должно быть сомнительных и\или как-либо скомпроментированных, поскольку это мгновенно будет обращено против вас. В связи с чем не рекомендую ссылаться и как-либо упоминать работу Грекулова Е.Ф., к которой существует ряд вопросов. Так же следует осторожно относиться к ряду авторов и изданий начала советской власти (20е года 20го века) когда проводилась активная антицерковная агитация, (типа "Безбожника") и быть готовым к попыткам оппонентов дискредитировать все эти источники оптом, как т.н. "агитки". Следует понимать, что опираться на приведенные в них данные, синхронно присутствующие в других работах того времени, можно и нужно. Не следует только апеллировать к выводам, которые там делаются. А фактаж пускать в дело.

Цитата

1. Барсов Н. И. Существовала ли в России инквизиция? // Исторический вестник. — 1892. — Т. 47, № 1. — С. 481–498.

2. Горчаков М. И. Инквизиция в восточной церкви // Юридическая летопись. — 1891. — № 12. — С. 491–504.

3. Грекулов Е. Ф. Православная инквизиция в России. — М., 1964. —171 с.

4. Клибанов А. И. Реформационные движения в России. — М., 1960. 409 с.

5. Лурье Я. С. Русские современники Возрождения: Книгописец Ефросин. Дьяк Федор Курицын. — Л., 1988. — 159 с.

6. Пругавин А. С. Монастырские тюрьмы в борьбе с сектантством : (К вопросу о веротерпимости) : [С крит. замеч. духов. цензора]. — М., 1905. — 132 с.

7. Сегал А. С. Инквизиция на Руси // Безбожник. — 1939. — 21 авг.

8. Скрынников Р. Г. Государство и церковь на Руси XIV–XVI вв. — Новосибирск, 1991. — 393 с.

9. Смирнов А. М. Народное правосудие в России. — М., 2014. — 400 с.

10. Смирнов А. М. Самосуд в России. — М., 2013. — 384 с.

11. Смирнов А. М. Самосуд в России как социально-правовой феномен: криминологический анализ и меры профилактики // Криминологический журнал Байкальского государственного университета экономики и права. — 2012. — № 1. — С. 39–43.

12. Томсинов В. А. Соборное уложение 1649 года как памятник русской юриспруденции // Соборное уложение 1649 года: Законодательство царя Алексея Михайловича / сост., автор предисл. и вступ. ст. В. А. Томсинов. — М., 2011. — С. 1–51.
13. Христофорова О. Молот ведьм // Вокруг света. — 2004. — № 10. —С. 106–118.

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ТЕМАТИКИ И ВЫБОР ТЕРМИНОЛОГИИ

Процесс насаждения в России православия и активной борьбы Русской православной церкви (РПЦ) за влияние на сознание людей и сращивание с государством не отличался гуманностью и характеризовался различного рода инквизиционными процессами, которые были по своей сути самосудными расправами над лицами, не желающими принимать православную веру, оппозиционно к ней настроенных или ведущих образ жизни, не соответствующий православному религиозному учению.

Обоснование термина "инквизиция" представителей РПЦ, в данном случае, обусловлено тем, что суть рассматриваемого явления практически ничем не отличалась от практики подобных расправ над инаковерующими, учиняемыми их европейскими католическими коллегами. Не смотря на то, что открыто данное явление в России просуществовало относительно небольшой промежуток времени и не было так ярко выражено, как в Европе, в ходе его было загублено и уничтожено большое количество людей [см. Смирнов А. М. Народное правосудие в России. — М., 2014. с. 98–99; 11; 72–73]. Попытки дореволюционных исследователей познакомить общество с православной инквизицией в России обычно не увенчивались успехом, так как все их работы, отражающие и характеризующие подобное явление, подвергались жесточайшей цензуре и запрещались к публикованию. Так, например, в 1898 г. статья В. Г. Короленко «Об инквизиции», повествующая о деятельности православных инквизиторов в царской России, была запрещена к изданию. В целом же было принято, особенно среди церковных историков, всячески облагораживать деятельность РПЦ и умалчивать о ее антигуманных действиях. В частности, М. И. Горчаков писал, что в древних литературных источниках нет сведений об особом трибунале, занимавшемся преследованием и осуждением еретиков [Горчаков М. И. Инквизиция в восточной церкви // Юридическая летопись. — 1891. — № 12, с. 491–504], т. е. инквизиционной практике - на что не приминут указать вам более подкованные оппоненты. Тут следует обратить внимание на характер явления - трибунала не было, поскольку в нем не было необходимости, явление не было централизованным, хотя и было массовым. Прямо говорить и знакомить общество с православной инквизицией стало возможно только в советский период развития российской государственности, когда роль церкви в духовном развитии народа была занижена партийной властью. В этой время и появляется труд Е. Ф. Грекулова «Православная инквизиция в России», обстоятельно доказывающий, что инквизиционные методы расправы с прогрессивной мыслью, передовым общественным движением, людьми, выступавшими против религии и церкви, действительно существовали в повседневной деятельности православной церкви. Приводить их можно, упоминать фамилию автора не рекомендую, поскольку аргументированно опровергнуть логику сложно, а фамилию отмести труда не представляет. 

Дискуссию вызывает то обстоятельство, насколько интенсивным и каким по характеру был предмет рассмотрения. Здесь исследователи расходятся во мнении. Одни (например, Барсов Н. И. Существовала ли в России инквизиция? // Исторический вестник. — 1892. — Т. 47, № 1. — С. 481–498.Христофорова О. Молот ведьм // Вокруг света. — 2004. — № 10. — С. 106–118.) утверждают, что выступления против «врагов» церкви с ее стороны носили случайный и непоследовательный характер, поскольку православные священники были осторожны в своих нападках на ведьм и колдунов, стремясь препятствовать народным самосудам над ними. Другие (в частности, Грекулов Е. Ф. Православная инквизиция в России. — М., 1964. —171 с. Пругавин А. С. Монастырские тюрьмы в борьбе с сектантством : (К вопросу о веротерпимости) : [С крит. замеч. духов. цензора]. — М., 1905. — 132 с.) отстаивают точку зрения о том, что различного рода ведовские процессы над «служителями дьявола», учиняемые на Руси православными церковниками, были нисколько не гуманнее подобных процессов, проводимых их католическими коллегами в Европе во времена Святой инквизиции. Те и другие служители религиозного культа использовали, фактически, одни и те же средства и методы выявления дьяволопоклонников и жестокой расправы над ними. Следует отметить, что особо активную деятельность по учинению самосудных расправ над ведьмами и колдунами РПЦ начала с конца XIV в. в рамках борьбы с различного рода ересями. Но как бы не спорили ученые и специалисты в вопросе отношения РПЦ к колдунам и ведьмам, очевидно одно — спокойно относиться к существованию подобных дьяволопоклонников среди своих мирян она никак не могла. «Служители дьявола» выступали идеальными «врагами» новой религии, активное выявление, разоблачение и уничтожение которых являлось эффективным способом манипулирования обывательским мировоззрением и увеличением своей паствы. Вследствие чего представители РПЦ предпринимали все усилия, чтобы подобных «врагов» было как можно больше, а их истребление пафосней. Власть, которую сулила им новая вера, позволяла им причислять к ее «врагам» практически любого - и по любому поводу. Делать это было весьма не сложно, поскольку поводов для обвинений в богоотступничестве в этнокультурных обычаях и традициях славян на Руси существовало более чем достаточно - ввиду особенностей принятия христианства, в котором язычество растворилось не до конца. Особо «фанатичные» церковники находили их даже в обычном врачевании. Безусловно, много «служителей дьявола» было найдено ими среди людей, (в более поздний период) увлеченных изучением естественной природы окружающего мира и различных наук.

Помощь в возмездии над ведьмами и колдунами служителям православного культа оказывали обычные воцерковленные, фанатично принявшие новую религию. В Древней Руси ведовские процессы возникли уже в XI в. Расследованием этих дел занимались церковные власти. В древнейшем юридическом памятнике «Уставе князя Владимира о церковных судах» ведовство, чародейство и волхвование отнесено к числу дел, которые разбирала и судила православная церковь. В памятнике XII в. «Слово о злых дусех», составленном митрополитом Кириллом, также говорится о необходимости наказания ведьм и колдунов церковным судом. По примеру своих католических соратников православная инквизиция разработала в XIII в. методы распознавания ведьм и чародеев огнем, холодной водой, путем взвешивания, протыкания бородавок и т. п. Для разоблачения в дьяволопоклонстве представителям православной церкви необходимо было укреплять среди славян веру в дьявола, поэтому они объявляли еретичеством всякое сомнение в его реальности, преследуя не только лиц, обвиненных в отношениях с нечистой силой, но также и тех, кто высказывал сомнение в ее существовании. Православные священники, стремясь проявить себя перед представителями церковной верхушки, соревновались в своей жестокости по отношению к иноверцам и служителям «нечистой силы». Так, например, этнографические источники свидетельствуют об особом зверстве новгородского архиерея Луки Жидяты, жившего в XI в. Как отмечает летописец «сей мучитель резал головы и бороды, выжигал глаза, урезал язык, иных распинал и подвергал мучениям». В 1411 г. киевский митрополит Фотий разработал систему мероприятий борьбы с ведьмами. В своем послании духовенству он предлагал отлучить от церкви всех, кто будет прибегать к помощи ведьм и чародеев. В том же году по наущению духовенства в Пскове сожгли 12 колдуний за якобы насланный на город мор. В 1444 г. по обвинению в чародействе в Можайске всенародно был сожжен боярин А. Дмитрович с женой. Как свидетельствуют этноисточники, служители православного культа в 1648 г. обвинили некую Марфицу в том, что она якобы «портила людей своим волшебством». Несчастную трижды пытали, «трижды к огню привожена и клещами жжена». Кроме нее пытали еще восьмерых (из них семь женщины, причем пять беременные). В то же время был показательный суд над М. Салаутиным, обвиненным в «волшебстве и порче»: «Митька Салаутин пытан накрепко клещами жжен, а с пытки на себя ничего и никакова не говорил» [Сегал А. С. Инквизиция на Руси // Безбожник. — 1939. — 21 авг.]

Материал в разработке.

0 Комментариев


Рекомендуемые комментарии

Комментариев нет

Для публикации сообщений создайте учётную запись или авторизуйтесь

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать учетную запись

Зарегистрируйте новую учётную запись в нашем сообществе. Это очень просто!

Регистрация нового пользователя

Войти

Уже есть аккаунт? Войти в систему.

Войти
  • Реклама

    Реклама от Yandex

  • Sape

×
×
  • Создать...